Тем первертам, которые все еще считают эту банду "армией":
Tuesday, 5 July 2005 09:24 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cathay_stray*
Тут со мной спорили, мол, организованная преступная группировка под крышей министерства "обороны" России (или как там эта хуйня у них называется) имеет право называться армией.
В споры я больше вступать не буду, не о чем спорить.
Статья из "Новой Газеты" полностью. И без ката.
Это - страна? Это - государство? Вопросы риторические.
Тут со мной спорили, мол, организованная преступная группировка под крышей министерства "обороны" России (или как там эта хуйня у них называется) имеет право называться армией.
В споры я больше вступать не буду, не о чем спорить.
Статья из "Новой Газеты" полностью. И без ката.
ЗАВТРА БЫЛА ВОЙНА
23 июня (2005 года)... В этот день студент Коломейцев пришел в военкомат — отметить обходной лист — и не вернулся
21 июня студент 5-го курса Московского государственного университета путей сообщения (МИИТ) защитил диплом. Аттестационная комиссия рекомендовала Дмитрию поступать в аспирантуру. Студент Коломейцев согласился.
22 июня Дмитрий получил обходной лист. Проставил все требуемые визы. Осталась одна незаполненная графа — военно-учетное бюро. Отложил на завтра.
23 июня Дмитрий направился в Останкинский РВК, чтобы сняться с учета и восстановиться по месту жительства (г. Саратов). Отсрочка от армии была предоставлена до 30 июня включительно. До этого времени Дмитрий являлся студентом МИИТа. В РВК Диме вежливо предложили отдать все свои документы для «оформления снятия с воинского учета». Дима документы отдал. А пока посоветовали пройти медкомиссию, чтобы не скучно было ждать. «Пройдете медкомиссию и документы будут готовы». Дима повелся. Было 10.30 утра…
Через полчаса от вежливого тона комиссаров не осталось и следа. Дмитрия Коломейцева поставили перед фактом: документы ему не вернут, в ближайший час направят в Угрешский распределитель, а потом в воинскую часть — служить. Дима поинтересовался: «А на каком основании?». Вместо ответа военные силой затащили студента в спецкомнату и взяли под охрану. Дмитрий стал звонить друзьям — предупредить, чтобы не ходили с обходным листом в РВК: «Меня, по-моему, сейчас в армию отправят»; преподавателям — узнать, насколько правомерны действия комиссара: узнал, что действия противозаконные; отцу — с просьбой о помощи. Недовольные активным перезвоном «призывника» военные телефон у Димы отобрали. Было около 12 часов дня.
Дмитрий пытался бежать через систему лабиринтов райвоенкомата. Добежал до турникета, споткнулся и упал. С дистанции в несколько метров по упавшему Дмитрию стали стрелять. Резиновые пули угодили в предплечье и ногу. Рубашка пропиталась кровью. Заботливый военком переодел Диму в военную форму и поместил в распределитель.
В распределителе Дима провел 13 часов. Глубокой ночью его посадили на поезд и отправили в воинскую часть г. Коврова Владимирской области. Там теперь служит Дима Коломейцев, перспективный выпускник МИИТа, несостоявшийся аспирант факультета «Управления процессами перевозок». Военные в личном деле Коломейцева написали: «5 курсов института, незаконченное высшее».
Весь день 23 июня друзья, преподаватели и отец пытались выяснить судьбу Димы и найти его. В РВК им ответили, что Диму уже отправили служить. Другие источники ответили, что он еще в распределителе. Одно они узнали точно — отправляют в Ковров. Однокурсники и преподаватели с утра выставили посты на всех вокзалах Москвы, с которых уходят поезда в сторону Владимира. Надеялись перехватить и отбить Диму у военных. Посты на Курском, Ярославском и Казанском вокзалах дежурили до 23.40. В это время должен был уйти последний поезд. Так своего студента и не нашли. Позже выяснилось, что рядового Коломейцева отправили багажным поездом поздно ночью.
24 июня отец Димы Олег Коломейцев приехал в Ковров. Забрать сына не удалось — и сказали, что в ближайшие два года не удастся. Зато Олегу Александровичу удалось сфотографировать побои, забрать окровавленную рубашку и получить справку в травмопункте о тяжких телесных повреждениях. Отец и ректор МИИТа написали заявление в военную прокуратуру. Пока ответа не было.
Сейчас преподаватели и друзья пытаются вытащить Диму из армии. Они завели толстую папку с надписью «Дело Коломейцева». Пока в ней лежат копии нескольких заявлений — в мэрию, в прокуратуру, в военную прокуратуру, в Останкинский РВК… Видимо, скоро папка наполнится до предела. Кстати, в мэрии им ответили, что таких случаев призыва по Москве три.
Многие считают, что инициатива заместителя министра обороны Панкова о ликвидации военных кафедр и призыве студентов была ответом на фразу Путина 28 июня. Заявление президента исполнительные военные восприняли как сигнал к действию. На самом деле такие сигналы от президента поступают давно. Провозгласив тост о Вооруженных силах России как «о безусловном государственном приоритете», Путин публично признался в любви к армии. (Или в страхе за будущее.) Воспрявшие военные по праву любимой жены творят все, что захотят. Цель оправдывает средства. А разрушенная жизнь одного московского студента с саратовской пропиской вряд ли взволнует президента.
Анна ШАМБУРОВА
23 июня (2005 года)... В этот день студент Коломейцев пришел в военкомат — отметить обходной лист — и не вернулся
21 июня студент 5-го курса Московского государственного университета путей сообщения (МИИТ) защитил диплом. Аттестационная комиссия рекомендовала Дмитрию поступать в аспирантуру. Студент Коломейцев согласился.
22 июня Дмитрий получил обходной лист. Проставил все требуемые визы. Осталась одна незаполненная графа — военно-учетное бюро. Отложил на завтра.
23 июня Дмитрий направился в Останкинский РВК, чтобы сняться с учета и восстановиться по месту жительства (г. Саратов). Отсрочка от армии была предоставлена до 30 июня включительно. До этого времени Дмитрий являлся студентом МИИТа. В РВК Диме вежливо предложили отдать все свои документы для «оформления снятия с воинского учета». Дима документы отдал. А пока посоветовали пройти медкомиссию, чтобы не скучно было ждать. «Пройдете медкомиссию и документы будут готовы». Дима повелся. Было 10.30 утра…
Через полчаса от вежливого тона комиссаров не осталось и следа. Дмитрия Коломейцева поставили перед фактом: документы ему не вернут, в ближайший час направят в Угрешский распределитель, а потом в воинскую часть — служить. Дима поинтересовался: «А на каком основании?». Вместо ответа военные силой затащили студента в спецкомнату и взяли под охрану. Дмитрий стал звонить друзьям — предупредить, чтобы не ходили с обходным листом в РВК: «Меня, по-моему, сейчас в армию отправят»; преподавателям — узнать, насколько правомерны действия комиссара: узнал, что действия противозаконные; отцу — с просьбой о помощи. Недовольные активным перезвоном «призывника» военные телефон у Димы отобрали. Было около 12 часов дня.
Дмитрий пытался бежать через систему лабиринтов райвоенкомата. Добежал до турникета, споткнулся и упал. С дистанции в несколько метров по упавшему Дмитрию стали стрелять. Резиновые пули угодили в предплечье и ногу. Рубашка пропиталась кровью. Заботливый военком переодел Диму в военную форму и поместил в распределитель.
В распределителе Дима провел 13 часов. Глубокой ночью его посадили на поезд и отправили в воинскую часть г. Коврова Владимирской области. Там теперь служит Дима Коломейцев, перспективный выпускник МИИТа, несостоявшийся аспирант факультета «Управления процессами перевозок». Военные в личном деле Коломейцева написали: «5 курсов института, незаконченное высшее».
Весь день 23 июня друзья, преподаватели и отец пытались выяснить судьбу Димы и найти его. В РВК им ответили, что Диму уже отправили служить. Другие источники ответили, что он еще в распределителе. Одно они узнали точно — отправляют в Ковров. Однокурсники и преподаватели с утра выставили посты на всех вокзалах Москвы, с которых уходят поезда в сторону Владимира. Надеялись перехватить и отбить Диму у военных. Посты на Курском, Ярославском и Казанском вокзалах дежурили до 23.40. В это время должен был уйти последний поезд. Так своего студента и не нашли. Позже выяснилось, что рядового Коломейцева отправили багажным поездом поздно ночью.
24 июня отец Димы Олег Коломейцев приехал в Ковров. Забрать сына не удалось — и сказали, что в ближайшие два года не удастся. Зато Олегу Александровичу удалось сфотографировать побои, забрать окровавленную рубашку и получить справку в травмопункте о тяжких телесных повреждениях. Отец и ректор МИИТа написали заявление в военную прокуратуру. Пока ответа не было.
Сейчас преподаватели и друзья пытаются вытащить Диму из армии. Они завели толстую папку с надписью «Дело Коломейцева». Пока в ней лежат копии нескольких заявлений — в мэрию, в прокуратуру, в военную прокуратуру, в Останкинский РВК… Видимо, скоро папка наполнится до предела. Кстати, в мэрии им ответили, что таких случаев призыва по Москве три.
Многие считают, что инициатива заместителя министра обороны Панкова о ликвидации военных кафедр и призыве студентов была ответом на фразу Путина 28 июня. Заявление президента исполнительные военные восприняли как сигнал к действию. На самом деле такие сигналы от президента поступают давно. Провозгласив тост о Вооруженных силах России как «о безусловном государственном приоритете», Путин публично признался в любви к армии. (Или в страхе за будущее.) Воспрявшие военные по праву любимой жены творят все, что захотят. Цель оправдывает средства. А разрушенная жизнь одного московского студента с саратовской пропиской вряд ли взволнует президента.
Анна ШАМБУРОВА
Это - страна? Это - государство? Вопросы риторические.
