![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cathay_stray*
Радостная новость из китайской англоязычной газеты, название которой я вместе с самой газетой забыл на работе.
Китайские музеи намереваются сильно поднять цены на входные билеты. Например, Гугун (Запретный город) вскоре станет запретным для тех, кто не уплатит 80 юаней (ныне - 40), а в пик сезона - 100.
Подлая газета объясняет это очередное свинство властей необходимостью как-то что-то делать в рамках ЮНЕСКО или еще чего-то, - в общем, вы поняли, даже не утруждает себя поисками более-менее правдоподобной отмазки.
Скажу вам - плавали, знаем. Я застал те времена, когда на картонке у входа в Гугун было написано "билет - 40 юаней, иностранцы и соотечественники из Тайваня, Хонконга и Макао - 80". Я, дурак, отдал 80 юаней! За что!!! За этот пекинский Гугун!!!! Поясняю: в Пекине Запретный город представляет собою пустыню. Там нет ни хера и впечатление, что никогда и не было. Там обширные площади и грязные павильоны, покрытые пылью, толщина слоя которой позволяет допускать, что именно она, пыль, и является единственным по-настоящему ценным экспонатом музея. В павильонах стоят таблички, написанные на хорошем китайском и препаршивейшем английском - они рассказывают, кто и что в этом павильоне делал. Но больше там ничего нету. И у посетителей этого культового заведения в мозгах начинает воспаляться и нагнаиваться вопрос: а какого хрена сей город был запретным, раз в нем нету ни холеры?
На этот вопрос я знаю ответ: там нету ни холеры потому что Jiang DianShi, он же Чан Кай-ши, все оттуда спиздил и увез на Тайвань.
А вот в тайбэйском Гугуне, где все сокровища и собраны, я почти не дыша провел однажды весь рабочий день, с открытия до закрытия, и провел бы еще и завтрашний, да не дали.
Вообще музейное дело в Китае просто отсутствует. То есть, музеи в Китае есть, но туда просто нет смысла ходить - музей-квартира графа Суворова в белорусском городе Кобрине, поразившая меня своей как будто нарочитой пришибленностью, по сравнению с центральными музеями КНР просто Лувр. Когда вы, заплатив деньги, попадаете в музей, неважно, какой, вы увидите пыль, древние пылесборные портьеры, старых макак женского рода за столиками в мрачных углах давно не мытых залов, жрущих семки и пьющих чай из литровых банок в капроновых оплетках наподобие вина "Гъмза", толпы провинциалов, как и вы сами, жаждущих найти хоть что-то, оправдывающее затраченные на билет деньги - все что угодно, но только не то, зачем вы пришли в музей.
Помню посещение музея JunShi BowuGuang - военного. Достаточно большое здание в сталинском стиле. Я туда собирался давно, подбил на это даже подругу свою тогдашнюю по имени Zoe. Увиденное оставило далеко позади все самые дерзкие ожидания.
В полутемном и, как вы сами уже догадались, донельзя пыльном фойе у центрального входа стоят две большие черные машины. Одна - ЗиС, подаренный Сталиным Мао, другая - какая-то американская машина, подаренная кем-то или отбитая в кровавом бою у кого-то маршалом Чжу Дэ. Машины в состоянии унылом, видны шпаклевочные пятна, резина в трещинах, смотреть решительно не на что. Но дальше, дальше! - а дальше стоит - тут я чуть не потерял сознание - джип Мицубиси Паджеро в боевой раскраске, то есть в камуфляже. Табличка при нем гордо сообщает, что выпуск этой машины освоил какой-то там завод, и она теперь идет на вооружение НОАК. После детального осмотра шедевра японского автопрома пятнадцатилетней давности мы попали в зал, правильно, пыльный, и к тому же пустой. Ну не считать же экспонатами неряшливые макеты каких-то кораблей (в районном доме пионэров делали куда лучше и аккуратнее) и ракет. Все аляповатое, замурзанное и при всех этих, пардон, экспонатах - криво приклеенные желтеющим клеем таблички на косорылом английском языке, из которых ни хера, опять же, не ясно. По залу таскается ветхий мудак, на груди которого занавесочной прищепкой с крокодильими зубами удерживается табличка чуть поменьше А4, завернутая, чтоб не обтерхалась, в целлофан. Там написано, что данный экспонат принимал участие в Великом Походе и лично виделПапу Председателя Мао. В связи с чем вам предлагается немедленно выхватить кошелек и дать ему денег, а потом сфотографироваться с ним на память. Судя по тому, что мудака никто не гонял, ясно что либо старые макаки за своими столиками слишком заняты семками, либо у деда бизнес идет отлично и он делится прибылью по понятиям.
Фотографироваться китайцы любят, особенно провинциалы, и тематика снимков завораживает: "я у шестнадцатой слева опоры моста ГуоМао", "я на фоне клумбы с дохлыми сорняками", "я и какие-то незнакомые бабы", "я и еще одно дерево", "я и еще один столб"... Поэтому престарелый эксгибиционист плелся за нами минут десять, пока не понял, что ни Zoe, ни я на его с табличкой фоне вековечиться не станем. Наверное, он думал, что мы из провинции Анхуэй, приехали на собачку говорящую посмотреть.
Все остальные музеи, что я видел - точно те же яйцы, но в профиль. Пыль, аляповатые реплики, кривые таблички, и ни хрена на что посмотреть. И вот теперя радость - это дело дорожает. Ну и хорошо.
Радостная новость из китайской англоязычной газеты, название которой я вместе с самой газетой забыл на работе.
Китайские музеи намереваются сильно поднять цены на входные билеты. Например, Гугун (Запретный город) вскоре станет запретным для тех, кто не уплатит 80 юаней (ныне - 40), а в пик сезона - 100.
Подлая газета объясняет это очередное свинство властей необходимостью как-то что-то делать в рамках ЮНЕСКО или еще чего-то, - в общем, вы поняли, даже не утруждает себя поисками более-менее правдоподобной отмазки.
Скажу вам - плавали, знаем. Я застал те времена, когда на картонке у входа в Гугун было написано "билет - 40 юаней, иностранцы и соотечественники из Тайваня, Хонконга и Макао - 80". Я, дурак, отдал 80 юаней! За что!!! За этот пекинский Гугун!!!! Поясняю: в Пекине Запретный город представляет собою пустыню. Там нет ни хера и впечатление, что никогда и не было. Там обширные площади и грязные павильоны, покрытые пылью, толщина слоя которой позволяет допускать, что именно она, пыль, и является единственным по-настоящему ценным экспонатом музея. В павильонах стоят таблички, написанные на хорошем китайском и препаршивейшем английском - они рассказывают, кто и что в этом павильоне делал. Но больше там ничего нету. И у посетителей этого культового заведения в мозгах начинает воспаляться и нагнаиваться вопрос: а какого хрена сей город был запретным, раз в нем нету ни холеры?
На этот вопрос я знаю ответ: там нету ни холеры потому что Jiang DianShi, он же Чан Кай-ши, все оттуда спиздил и увез на Тайвань.
А вот в тайбэйском Гугуне, где все сокровища и собраны, я почти не дыша провел однажды весь рабочий день, с открытия до закрытия, и провел бы еще и завтрашний, да не дали.
Вообще музейное дело в Китае просто отсутствует. То есть, музеи в Китае есть, но туда просто нет смысла ходить - музей-квартира графа Суворова в белорусском городе Кобрине, поразившая меня своей как будто нарочитой пришибленностью, по сравнению с центральными музеями КНР просто Лувр. Когда вы, заплатив деньги, попадаете в музей, неважно, какой, вы увидите пыль, древние пылесборные портьеры, старых макак женского рода за столиками в мрачных углах давно не мытых залов, жрущих семки и пьющих чай из литровых банок в капроновых оплетках наподобие вина "Гъмза", толпы провинциалов, как и вы сами, жаждущих найти хоть что-то, оправдывающее затраченные на билет деньги - все что угодно, но только не то, зачем вы пришли в музей.
Помню посещение музея JunShi BowuGuang - военного. Достаточно большое здание в сталинском стиле. Я туда собирался давно, подбил на это даже подругу свою тогдашнюю по имени Zoe. Увиденное оставило далеко позади все самые дерзкие ожидания.
В полутемном и, как вы сами уже догадались, донельзя пыльном фойе у центрального входа стоят две большие черные машины. Одна - ЗиС, подаренный Сталиным Мао, другая - какая-то американская машина, подаренная кем-то или отбитая в кровавом бою у кого-то маршалом Чжу Дэ. Машины в состоянии унылом, видны шпаклевочные пятна, резина в трещинах, смотреть решительно не на что. Но дальше, дальше! - а дальше стоит - тут я чуть не потерял сознание - джип Мицубиси Паджеро в боевой раскраске, то есть в камуфляже. Табличка при нем гордо сообщает, что выпуск этой машины освоил какой-то там завод, и она теперь идет на вооружение НОАК. После детального осмотра шедевра японского автопрома пятнадцатилетней давности мы попали в зал, правильно, пыльный, и к тому же пустой. Ну не считать же экспонатами неряшливые макеты каких-то кораблей (в районном доме пионэров делали куда лучше и аккуратнее) и ракет. Все аляповатое, замурзанное и при всех этих, пардон, экспонатах - криво приклеенные желтеющим клеем таблички на косорылом английском языке, из которых ни хера, опять же, не ясно. По залу таскается ветхий мудак, на груди которого занавесочной прищепкой с крокодильими зубами удерживается табличка чуть поменьше А4, завернутая, чтоб не обтерхалась, в целлофан. Там написано, что данный экспонат принимал участие в Великом Походе и лично видел
Фотографироваться китайцы любят, особенно провинциалы, и тематика снимков завораживает: "я у шестнадцатой слева опоры моста ГуоМао", "я на фоне клумбы с дохлыми сорняками", "я и какие-то незнакомые бабы", "я и еще одно дерево", "я и еще один столб"... Поэтому престарелый эксгибиционист плелся за нами минут десять, пока не понял, что ни Zoe, ни я на его с табличкой фоне вековечиться не станем. Наверное, он думал, что мы из провинции Анхуэй, приехали на собачку говорящую посмотреть.
Все остальные музеи, что я видел - точно те же яйцы, но в профиль. Пыль, аляповатые реплики, кривые таблички, и ни хрена на что посмотреть. И вот теперя радость - это дело дорожает. Ну и хорошо.
